Ольга Ломоносова: «Я такая «деталь», которую в комедию не вставишь» | статьи на autoebur

— Юрий Абрамович очень требователен к оркестру и к оперным артистам, а нас он как-то… оберегает, что ли. За что мы ему очень благодарны. Он всегда собран, вежлив и, уж конечно, суперпрофессионал! Человек невероятной энергии, обаяния, внутренней гармонии. По-настоящему интеллигентный и очень чуткий… За годы знакомства я еще ни разу не подумала: Юрий Башмет — мой начальник. Наставник — да. С ним все можно обсудить, посоветоваться.

— Если серьезно, наверное, я такая «деталь», которую в комедию не вставишь, не вклеишь. Вообще, в прокатных фильмах я практически не снималась. Лишь однажды был случай — хоррор «Ледяной демон», но в день премьеры все кинотеатры закрылись из-за карантина — у меня даже премьеры не было.

— Нет, я же не режиссер. Актер и режиссер — это не одно и то же. У меня большой опыт съемок в сериалах, поэтому я умею выстроить работу для себя самой, но глобально картину я не вижу.

— Если меня перестанут снимать в кино, я хотела бы стать креативным продюсером. К счастью, пока я востребована в своей профессии, а там посмотрим.

— Тут важно понимать, чего хочет сама девочка. Если желание есть — отдайте, а потом она уже решит для себя сама. Вот, например, наша старшая дочка Варвара. Как бы я ни сопротивлялась, она так стремилась в балетный класс, что мне оставалось только развести руками и сказать: «Ну ок, танцуй. Если есть такое горячее желание. Кто знает, вдруг это станет профессией? Это только твоя жизнь». Помню себя в хореографическом училище — у меня не было пути назад, я жила только этим. И сейчас вижу, что Варя повторяет мой путь, но исключительно по собственному желанию. А ведь ничего не предвещало такого развития событий. Она занималась на подготовительных курсах в МГАХе, но, когда заканчивала, педагог предупредила: «Если собираетесь поступать, вам надо похудеть». И я у Вари прямо спросила: «Ты будешь поступать?» — «Нет, мам, ты что!» Но за год в ее голове что-то изменилось, и она решила поступать во МГАХ, а когда ее не взяли, не сдалась. Критические отзывы тех, кому я ее показывала, Варя воспринимала стойко, как самурай. Как-то я была на гастролях в Питере, и она прислала мне сообщение: «Мама, я увидела, что в школе Лавровского будет показ, отвези меня, когда вернешься». Я ответила: «Отвезу, но ты уже взрослая и должна понимать: есть риск, что тебя не возьмут». Привезла ее на показ, жду в машине. Проходит час — она не выходит, я зашла спросить, что и как. Мне сказали, что ее оставили еще на час — уже на урок. Это был хороший знак. Так и случилось. В этот день преподаватели сказали, что берут ее. И для Вари это была настоящая победа! Счастье! Дочка как будто бы вознеслась сама над собой. Она доказала в первую очередь мне, а также своим друзьям, одноклассникам, классному руководителю, что она может. «Я балерина и у вас в школе учиться не буду», — говорила им Варя. Зато теперь она учится в училище, занимается и в классе, и потом дополнительно с педагогом, а вечером приходит домой и продолжает танцевать. Паша говорит ей: «Варя, остановись!» Но нет. Помню, надо мной мама в свое время стояла и говорила: «Олечка, надо порастягиваться», а Олечка садилась на шпагат и засыпала. Варя — другая: она настолько нацелена на осуществление своих грандиозных планов в балете, что остается только восхищаться.

— Я вообще не понимаю, как Паша иногда может лечь в два и встать в семь утра, чтобы отвезти Варю в училище. Я бы не смогла. Сон для меня — очень важный процесс: если я не выспалась, у меня вообще весь день наперекосяк. Поэтому завтраки Паша берет на себя, покормит всех детей, а потом еще и мне что-нибудь перепадает.

— Знаете, я просто не умею готовить по рецептам. Это же нужно время: сесть, положить перед собой рецепт — и давай там что-то крутить-вертеть. Мне больше нравится слушать свою интуицию. Варя, кстати, тоже стала вкусно готовить. Но она как раз делает все по рецептам.

— Бывало, но для меня это очень сложно. Я слишком люблю поесть, и, когда лишаю себя чего-то, жизнь моя становится черно-серого цвета. Если меня пытать, то голодом: я сразу все расскажу и отдам. Так что с диет я срывалась быстро. И даже когда мы с девочками в училище договаривались о том, что голодаем вместе, я вела себя как предатель и съедала за углом шоколадный батончик. Даже не съедала, а просто проглатывала. А вот у Вари все иначе. Когда я заставляю ее завтракать, доходит до ссор. Во время пандемии занятия проходили в режиме онлайн, и я говорила: «Тебя еле видно на экране телефона, кто узнает, какого ты размера?» Но именно в тот период она категорически отказалась ужинать — просто не садилась с нами за стол. Мы наворачиваем спагетти, а она даже не выходит из своей комнаты. Паша говорил ей: «Ну ты хотя бы посиди с нами», а она: «Папа, но вы же ЕДИТЕ!» Варя живет по принципу «если нет, значит, нет».

(Татьяна Пустынникова, «7 дней», 30.03.22)

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: